Му был Вторым Цучикаге Ивагакурэ. При жизни его звали нечеловеком: приёмом, скрывающим и облик, и чакру, он делался попросту неразличим.
| Имя | Му (無 ムウ) |
|---|---|
| Звание | Второй Цучикаге (二代目土影) |
| Прозвания | нечеловек (無人), Му стихии пыли |
| Деревня | Ивагакурэ |
| Кеккей тота | стихия пыли |
| Стихии | все пять простых и ян |
| Разряд | чуткий к чакре |
| Рост и вес | 173 см, 55,6 кг |
Откуда он
Незадолго до Первой мировой войны шиноби Му и Оноки встретились с Мадарой Учихой — деревни их тогда как раз заключили союз. Мадара, невзирая на их положение, дерзко заявил, что первой силой останется Конохагакурэ и что им следует выполнять любые её приказы. Дело кончилось боем, в котором Му и Оноки были биты.
Му сопровождал Первого Цучикаге на самый первый съезд пяти Каге и стоял позади него, внимательно следя за ходом дела. Он же научил Оноки стихии пыли.
Именно при Му Ивагакурэ взялась собирать хвостатых зверей — Четырёххвостый и Пятихвостый у неё уже были. А с Гэнгэцу Хозуки он враждовал так, что в последней их схватке оба друг друга и убили.
Нрав
Му был на редкость спокоен и собран: даже собственное внезапное воскрешение его не смутило. Он неизменно вежлив: не поленился пересказать прочим Каге, что было до их призыва, а того, кто его убил и кого убил он сам, называл почтительно, без всякой злобы. В мультсериале, впрочем, на Второго Мизукаге он гневался сильнее — даже хватал его за ворот и грозил убить.
За внешней учтивостью он прежде всего думал о благополучии своей деревни — и не разбирал, какой ценой оно достанется. Своему ученику он напомнил: непременно воспользуйся тем, что будет после войны, и обеспечь Ивагакурэ первенство, быстро прибрав к рукам добычу. Он и за секунды до запечатывания пытался предупредить Оноки.
Этот изворотливый и довольно безжалостный нрав — одна из причин, почему Второй Мизукаге его так презирал. Ту же повадку он передал ученику: из-за неё Ива и заслужила дурную славу среди пяти великих стран.
Впрочем, в мультсериале перед самым уходом на тот свет Му переменился: он признал, что Оноки должен обеспечить будущее Объединённой армии шиноби. Да и вообще, при всех своих взглядах на союзы, он старался помочь союзу как мог, даже будучи чужой волей ведом: когда запечатывали одну его половину, он пытался предупредить Оноки, что разделился, — но весть до ученика не дошла.
Внешность
Всё тело Му обмотано затейливо уложенными бинтами; наружу видны только лиловые глаза и нос — выглядит он совершенно как мумия. К этому чёрная налобная повязка без всяких знаков и чёрные штаны. Обуви он не носит: ступни тоже плотно забинтованы. После Нечистого воскрешения, когда Кабуто Якуши вытравил его волю, белки его глаз почернели, а радужки побелели.
При жизни он ходил в обычном для Ивагакурэ жилете-броне с налобной повязкой и здешним наплечником на левой руке. За спиной у него были два меча с узкими рукоятями, тоже обмотанными бинтами. А на первом съезде Каге, куда он сопровождал Первого Цучикаге, он был в простом кимоно.
Умения
Как Второй Цучикаге, Му был невероятно силён: он убил Второго Мизукаге, хотя и ценой собственной жизни. А до того как стать Цучикаге, его выбрали телохранителем предшественника.
Чутьё
Му отменно чуял чакру — за несколько вёрст. Он различал сходство между следами чакры близких родственников и отличал чакру разных народов. А в сочетании с быстротой отклика это позволяло ему уходить от приёмов, от которых не уходили и другие Каге, — даже с незрячей стороны.
Ниндзюцу
Он умел разделиться на двоих, чтобы уйти от смертельного удара, — но сила при этом убывала вдвое. Телом он был крепок настолько, что скидывал с себя каменные глыбы даже сильно израненным. При жизни он носил два меча — стало быть, владел и кэндзюцу.
Стихии
Му — один из немногих в истории, кому были доступны все пять простых стихий. И один из немногих владеющих кеккей тота — высшей и крайне мощной ступенью наследственного предела.
Его кеккей тота — стихия пыли: она соединяет огонь, землю и ветер и обращает противника в прах, разрушая его до самых мелких частиц. Из-за неё вожди Объединённой армии позвали на поле боя Оноки: остановить Му мог только он. Сам Му говорил, что число противников роли не играет — таковы его приёмы; и это при том, что перед ним стояла почти вся Четвёртая дивизия. Правда, разделившись надвое, стихией пыли он пользоваться уже не мог: силы было вдвое меньше.
Стихией земли он делал своё тело таким лёгким, что летал. А стихией воды полностью скрывал своё присутствие: обычными средствами его было не найти. Скрывался он так хорошо, что и прослыл нечеловеком — ни облика, ни чакры, пока приём держится. Владел он и стихией ян.
Ум
Му был очень сведущ и умел разбирать происходящее: он почти сразу понимал, каким именно способом его обнаружили, — без всяких сведений о самом приёме. А ещё он, судя по всему, разгадал устройство приёма своего соперника и передал разгадку ученику, — так, во всяком случае, полагал сам Второй Мизукаге.
Воскрешение и война
К Четвёртой мировой войне шиноби Кабуто Якуши воскресил Му вместе с тремя другими покойными Каге. Му двинулся к Четвёртой дивизии и, хоть и шёл невидимым, был замечен Гаарой — тот его и обнаружил, чем Му не преминул восхититься. Тогда он призвал Третьего Райкаге, Второго Мизукаге и Четвёртого Кадзекаге.
Поспорив с Мизукаге о том, как именно каждый из них умер, Му заметил, каким приёмом их подняли, и стал искать Тобираму Сенджу, полагая, что это его рук дело. Он сообщил, что чует лишь того, чья чакра похожа на чакру Четвёртого Кадзекаге, и что за этим человеком стоит большое войско. Кадзекаге объяснил, что Тобирама умер задолго до его времени и что есть и другой, владеющий приёмом покойного Хокаге.
Всю ночь Каге гнали дивизию, вынуждая её медленно отходить, пока не прижали.
Тут Му почуял двоих приближающихся, а следом на Каге обрушилась исполинская волна песка — Четвёртый Кадзекаге отбил её своим золотым песком. Наверху показался Гаара и слепил из песка руки, чтобы схватить Каге; вырвался только Му — он почуял Оноки над ними.
Поздоровавшись с прежним учеником, он заметил, что Оноки прожил долгую жизнь и отчасти благодаря его наставлениям. Ответив тем же приёмом, каким бил ученик, он оставил посреди поля огромную воронку — и Оноки признал, что сила предшественника не убыла.
Заподозрив по смешению чакр из разных деревень, что заключён союз, Му удивился ещё больше, когда это подтвердилось, — а пуще всего тому, что к союзу примкнул Оноки. Сказав ученику, что остановить его может только он, Му напомнил про добычу после войны и первенство Ивагакурэ. Этой изворотливостью он оскорбил и Мизукаге, и Райкаге, и, что удивительнее всего, самого Оноки, — и, когда бой возобновился, тут же отделился от прочих, а следом за ним пошёл только ученик.
Поражение
Когда погоня кончилась и они несколько раз сошлись, Му сказал вымотавшемуся Оноки, что годы взяли своё, — и, исчезая из виду, посоветовал позвать Гаару, пока и тот не умер. Оноки велел не спешить его хоронить и наделал каменных двойников.
В бою Му подкрался к нему сзади прямо в воздухе, но Гаара успел предупредить, и Оноки уклонился — правда, надорвал спину. Когда Му готовил стихию пыли, Наруто Узумаки попытался достать его расенганом, но тот, почуяв удар, легко ушёл. Он считал свой приём быстрее — и только вместе Гаара с Наруто добились, чтобы удар всё же дошёл: ошеломлённого Му отшвырнуло сквозь скальный выступ. Оноки тут же придавил его тяжестью, не давая двинуться.
Пока Му запечатывали в песке Гаары, он заметил ученику: для того, кто терпеть не мог чужие деревни, тот отлично с ними ладит. Оноки ответил, что прожил достаточно, чтобы такое пережить. Му попытался что-то сказать напоследок — и его запечатали, не дав договорить.
Смысл предупреждения открылся, когда Му вышел из-под обломков после удара Наруто: пока пыль ещё стояла, он разделился надвое. Снять печать и соединиться он не мог, зато его заставили призвать «того самого» воскрешённого. В ослабленном виде призыв шёл долго; в мультсериале — так долго, что Кабуто пришлось поднимать других, чтобы тянуть время.
Мадара
Наконец призыв удался. Едва увернувшись от сорванной крышки гроба, Му опешил, увидев, кто оттуда вышел: он заметил, что стоящий за этим воскрешением хорошо разбирается в войне, раз призвал такого человека. Вместе они пошли к Гааре и Четвёртой дивизии — и оказалось, что призван Мадара Учиха.
Когда Мадара заметил, что у всех шиноби одинаковые налобные повязки со знаком шиноби, Му объяснил, что против войны заключён союз. Ответить, кто ими правит, он не смог — и Кабуто перебил его волю и заговорил через него напрямую.
Бой возобновился. Му едва ушёл от удара Гаары и попробовал собрать стихию пыли, но та рассыпалась: разделённому силы не хватало. Кабуто и дальше говорил его устами, отмечая риннеган Мадары и его мощь — даже после падения двух огромных небесных камней.
Собравшись после столкновения, Му по указке Кабуто пошёл к немногим уцелевшим из союза, попутно рассказывая Мадаре обо всём, что творится вокруг. Но когда те двое снова ударили, их отбросили Цунаде и Эй, только что перенесённые на поле боя. Оправившись от удара Эй, Му по воле Кабуто оказался прямо перед Мадарой — и тот же Эй, ставший лёгким, снова его отшвырнул. Дальше за ним гнались Додай и охрана Хокаге, а он под чужой волей уходил, пока Каге бились с Мадарой.
Когда Нечистое воскрешение отменили, воля вернулась к Му — но лишь на мгновение: его окутал свет, и он, к собственному изумлению, начал рассыпаться. В мультсериале перед самым уходом он попросил передать Оноки, что тот должен уберечь будущее союза шиноби, — и только после этого может прийти и всё ему рассказать.
После того как Наруто и Саске запечатали Кагую Ооцуцуки, Хагоромо Ооцуцуки вызвал его и прочих покойных Каге с того света: они помогли вытянуть команду 7, хвостатых зверей и Мадару из измерения Кагуи. Потом их души вернулись обратно.
Мнение редакции
Му — самый неудобный из воскрешённых Каге. Он не безумец, как Второй Мизукаге, и не громила: он вежлив, рассудителен и совершенно последователен. Просто последователен он в том, что деревня важнее всего, а средства неважны, — и когда он спокойно советует ученику прибрать добычу после войны, это оскорбляет даже мертвецов.
Оттого и главный его бой — не с Гаарой и не с Наруто, а с Оноки. Му застаёт своего ученика в союзе со всеми, кого учил не терпеть, — и понимает, что проиграл ещё до боя.
А то, что волю ему вернули лишь на миг перед распадом, — злая насмешка судьбы. Нечеловек, который всю жизнь стирал себя до полной неразличимости, в самом конце получил себя обратно ровно настолько, чтобы успеть удивиться.
