Джашин — бог, которому поклоняются в джашинизме. Само имя читается как «злое сердце», «злой бог», «злой умысел». Знак Джашина — перевёрнутый треугольник, обведённый кругом.
| Имя | Джашин (ジャシン) |
|---|---|
| Что это | божество и вера, названная его именем |
| Знак | треугольник в круге |
| Чего требует | смерти и разрушения |
| Что даёт | бессмертие и проклятия на крови |
| Известные последователи | Хидан, Амэюки, Рюки |
Вероучение
О самом Джашине и его установлениях посторонним известно немного — знают лишь те, кто ему служит, «джашиниты». По словам Хидана, Джашин не принимает ничего меньше полной смерти и разрушения: так, по этому учению, человек и научается понимать чужую боль.
В книге об Акацуки Хидан подаёт это как служение людям: убивая, он избавляет их от страха смерти.
Перед боем Хидан всегда молится Джашину — просит «доброго убийства». Если не вышло или убивать не позволили, он молится о прощении.
Больше всего его влечёт заповедь «убий ближнего своего». Похоже, в джашинизме все считаются равными, а потому целью может стать кто угодно.
В той же книге Хидан объясняет Амэюки, что ближний — это не про то, кто рядом: с Какудзу он проводит почти всё время, но ближним его не назовёт никогда, потому что терпеть его не может. А когда Амэюки уничтожает Шангри-ла и убивает всех, среди кого прожил несколько лет, Хидан объявляет его мучеником.
Что о нём знают в Конохе
После встречи с Хиданом Коноха взялась разбираться, что такое джашинизм. Ничего надёжного не нашли — не отыскали даже ни одного верующего. Сведений было так мало, что в отчёте деревни всерьёз допускали: возможно, никакого Джашина нет и всё это выдумал сам Хидан.
Через несколько лет после Четвёртой мировой войны шиноби Коноха взялась за дело снова, уже вместе с Югакурэ. Тогда и открылся толк во главе с Рюки: его люди похищали путников и приносили их Джашину в жертву. Мирай Сарутоби с помощью Какаши Хатаке и Майто Гая остановила их и спасла обречённых.
Бессмертие и проклятия
Хидана называют «удачным опытом тайных приёмов веры Джашина» — отсюда и его бессмертие; известно лишь одно, от чего он может погибнуть, — голод. Про него так и пишут: бессмертное тело он получил проклятием джашинизма.
Сам Хидан говорит, что бессмертие ему дали в обмен на множество жертв, принесённых им и его единоверцами. Рюки объясняет иначе: Джашин даёт его за обряд, в котором разом приносят в жертву нескольких человек. Рюки для этого собирал только молодых девушек — правда, неясно, нужно ли это для обряда.
Кроме бессмертия, последователям Джашина доступны особые дзюдзюцу — связь наподобие колдовской куклы с тем, чью кровь они отведали. Держится она, пока сам он остаётся внутри начерченного знака Джашина.
Одержимой кровью, управляющей смертью, Хидан связывает себя с целью: всё, что он делает с собой, повторяется на ней. А поскольку он бессмертен, убить противника он может, нанося смертельные раны себе.
У Рюки приём иной: телом управляет одержимая кровь, и связывает он цель не с собой, а с куклой. Что бы ни случилось с куклой, случится и с человеком, а всякое её движение он повторяет — живой он при этом или уже нет.
Интересные факты
- Знак Джашина рисуют по-разному. В 313-й главе манги треугольник смотрит вниз, а начиная с 322-й — вверх. В мультсериале о взрослом Наруто он смотрит вниз, в мультсериале о Боруто — вверх, а в двенадцатой главе одной из побочных манг встречаются оба.
- Обычаи джашинизма напоминают верования тагов — тайного общества в Индии, известного обрядовыми убийствами. Таги почитали богиню разрушения и смерти Кали, и знак Джашина похож на её янтру.
- Философский камень, с которым тоже связывают бессмертие, изображают треугольником внутри круга.
- Перевёрнутый треугольник напоминает и перевёрнутую пентаграмму, которой на Западе обозначали зло и призывали злые силы.
Мнение редакции
Джашин интересен тем, что его самого в истории нет. Есть знак, есть заповедь, есть бессмертный, который перед каждым боем просит доброго убийства, — а бога нет ни разу. Настолько, что Коноха всерьёз записала в отчёт: возможно, его выдумал Хидан.
А потом появился Рюки — и выдумка перестала быть личной. Учение, где всякий равен всякому и потому всякий годится в жертву, прекрасно работает без божества: достаточно того, что кто-то в него верит достаточно сильно, чтобы похищать людей.
